Борьба с наркотиками в 20 веке

18 ноября 2012 -

 После второй мировой войны основной поток шел из «Золотого полумесяца» (в основном, из Турции) через Средиземноморье в страны Западной Европы и Америки. В 1950–1960-х турецкая мафия скупала опиум-сырец у крестьян и продавала полученную из этого сырья морфиновую основу либо корсиканским, либо сицилийским наркосиндикатам. В подпольных лабораториях на юге Франции вырабатывали из полуфабриката героин и везли его в США, оптовым покупателям из «Коза Ностра», кубинской и негритянской мафии.
В 1971 разразился кризис героинового наркобизнеса: под давлением США правительство Турции запретило выращивание опиумного мака и компенсировало запрет выплатой крестьянам компенсации; одновременно были разгромлены французские лаборатории и арестованы главари корсиканской мафии. Поставки героина из Турции оказались подорваны, но теперь его стали ввозить в США из Мексики. В Латинской Америке до 20 в. посевов опиумного мака совершенно не было, мексиканский опиум начали выращивать только в годы Второй мировой войны по инициативе американских наркоторговцев. В 1970-е мексиканская опиумная мафия контролировала уже ¾ героинового рынка США. По инициативе США мексиканское правительство стало осуществлять программу по химическому уничтожению маковых полей (опыление гербицидами с вертолетов).
В это время в бизнес включились мафия «китайской триады», освоившая поставки героина в Америку и Европу из «Золотого треугольника». Возделывание опиумного мака в этом регионе началось еще в 19 в. под контролем англичан, которые экспортировали опиум из Юго-Восточной Азии в Китай. В 1950–1960-е наркопроизводство сконцентрировалось в горных районах Северной Бирмы. Во 2-ой половине 1970-х власть в «Золотом треугольнике» захватил бирманский наркокороль Кхун Са, который вооружил многотысячную армию и начал создавать новую международную сеть распространения героина.
В 1980-е вновь оживился Ближний Восток: именно за счет «героинодолларов» финансировались душманы в Афганистане и участники гражданских междоусобиц в Ливане. Поток из «Золотого полумесяца» после разгрома корсиканцев стала контролировать сицилийская мафия. Американский героиновый рынок оказался поделенным примерно поровну между поставщиками из Юго-Восточной Азии (триады), с Ближнего Востока через Италию (сицилийская мафия) и из Мексики, причем поток из Европы постепенно мелел, а из Азии расширялся. В этот же период героиновый рынок сбыта стал активно расти за счет стран Западной Европы, которые полностью поглотили ближневосточный поток героина.
В 1990-е начался новый этап эволюции опиумного бизнеса. Во-первых, химики наркомафии освоили выпуск более высококачественного продукта – раньше героин потреблялся внутривенно, теперь же его можно просто вдыхать, как кокаин. В результате спрос на героин заметно вырос. Если раньше основными потребителями героина были маргиналы (например, в США – обитатели негритянских гетто), то теперь к нему стали приобщаться средние слои и молодежь. Во-вторых, начался очередной сдвиг в географии производства. Бирманский наркокороль Кхун Са в 1996 сложил оружие и сдался властям. Ослабление роли «Золотого треугольника» с избытком восполнилось, однако, усилением «Золотого полумесяца»: затяжная гражданская война в Афганистане превратила страну едва ли не в сплошную плантацию опийного мака. Среди маршрутов вывоза опия из «Золотого полумесяца» некоторые проходили через Россию. Одновременно возник новый центр героинового бизнеса – в Андском треугольнике. Реагируя на движение цен, боссы колумбийских кокаиновых картелей начали возделывать новую в этих местах культуру, специально раздавая семена мака крестьянам. Сицилийская мафия помогла колумбийцам проникнуть на героиновый рынок США в обмен на преимущественное право продажи кокаина в Европе.
Таким образом, нелегальный героиновый наркорынок функционирует как система сообщающихся сосудов: поскольку выращивание опиумного мака возможно в нескольких регионах, то усиление силового давления в одних немедленно приводит к оживлению других.
Экономическая история нелегального кокаинового бизнеса.
Кокаин долгое время считался в развитых странах предметом роскоши и был популярен среди зажиточных слоев. Контрабанду кокаина в США первой освоила в начале 1970-х кубинская мафия, осевшая во Флориде. В 1976–1979 колумбийцы, которые раньше ограничивались ролью посредников, вытеснили кубинцев и захватили в свои руки львиную долю (до 80%) американского кокаинового рынка. Началась «эра Медельинского наркокартеля», которая длилась полтора десятилетия.
Знаменитый Медельинский наркокартель (центр в г. Медельин, Колумбия) еще в середине 1970-х взял в свои руки весь колумбийский наркобизнес, а затем стал контролировать всю технологическую цепочку «экономики кокаина» (Рис. 3). Слабо контролируемые властями сельскохозяйственные угодья раскинулись в предгорьях Анд на огромных пространствах, что сделало возможным быстрый рост посадок наркокультур. Табл. 4 демонстрирует буквально взрывообразный рост в Перу посевов коки; аналогично развивались события и в других странах Андского треугольника. Рост производства коки привел в 1980-е к снижению цен, подешевевший кокаин стал доступен рядовым потребителям, что повлекло огромное расширение рынка сбыта в развитых странах – главным образом в США.
Экспансия колумбийцев вызвала резкую реакцию правоохранительных органов, которые сосредоточили свои усилия именно на борьбе с Медельинским картелем. «Крестовый поход» начался в 1984 с разгрома нескольких кокаиновых лабораторий в джунглях Колумбии. Медельинцы подняли брошенную им перчатку, развернув настоящий террор против сил правопорядка и политических лидеров.
Колумбийская «кокаиновая война» закончилась в начале 1990-х относительной победой сил правопорядка. Медельинский наркокартель допустил две серьезные ошибки: бросил политический вызов властям, объявив войну правительству, и одновременно наращивал производство и экспорт кокаина. В результате все главари Медельинского картеля были либо убиты, либо арестованы, а сам картель резко снизил объем своих операций.
Однако место Медельинского картеля занял картель Кали, который сразу стали называть самой крупной транснациональной корпорацией мира. В середине 1990-х он контролировал 80% поставок кокаина в США и 90% – в Западную Европу. Учтя печальный опыт предшественников, наркокартель Кали вместо запугивания правительства стал щедро жертвовать средства легальным политикам. Кроме того, если медельинцы занимались исключительно наркотиками, то Кали сочетал незаконный бизнес с легальным (семейный концерн включал сеть магазинов, фармацевтические лаборатории). «Миролюбие» нового лидера кокаинового бизнеса, однако, не спасло его от силовых акций властей. Летом 1995 по картелю Кали был нанесен удар – все его главари арестованы, ставшие достоянием общественности материалы о связи наркокартеля с правительством вызвали в Колумбии громкий скандал.
К началу 2000-х в Андском треугольнике сложилась парадоксальная ситуация: почти все мало-мальски крупные наркоторговцы сидели в тюрьмах или лежали в гробах, но поток кокаина почти не пересыхал, посевы наркокультур также существенно не сокращались. На смену крупным наркокартелям пришли новые, более мелкие, которые не афишируют ни своего богатства, ни своих политических амбиций. Значительная часть посевов коки и лабораторий по ее переработке сосредоточилась на территориях, контролируемых «левыми» партизанами, которых за их связь с наркобизнесом называют «наркопартизанами». У крестьян Андского треугольника по прежнему нет экономических стимулов замещать коку обычными сельскохозяйственными культурами, поэтому этот регион обречен и впредь оставаться одним из центров мирового наркобизнеса.
Если экономическая история героинового рынка демонстрирует провал борьбы с наркобизнесом из-за его перемещения из одного региона в другой, то на кокаиновом «фронте» такая миграция невозможна, что, казалось бы, должно было принести успех силам правопорядка. Однако события в Андском треугольнике показывают, что хотя у современных правительств достаточно сил, чтобы одолеть даже самую сильную преступную организацию, но победа над наркобаронами совсем не равнозначна победе над наркоторговлей. Силовые методы борьбы с кокаиновым наркобизнесом малоэффективны, поскольку для ряда бедных стран Латинской Америки «кокаинодоллары» являются одним из крупных источников национального дохода.
Государственный контроль за наркотиками.
В настоящее время наркомания и нелегальный наркобизнес признаны глобальными проблемами современности, борьбу с которыми можно вести только объединенными усилиями всего мирового сообщества. Национальные и международные организации стремятся совместно контролировать как производство наркотических средств, так и торговлю ими.
Во всех странах импорт наркосырья требует специального разрешения и определяется потребностью медиков и ученых. Контроль за переработкой и продажей наркотических средств осуществляется с помощью системы регистраций и строгой отчетности. Органы правопорядка всех стран тратят огромные ресурсы на борьбу с производством, торговлей и контрабандой наркотиков – особенно, тяжелых.
Для устрашения наркоторговцев в некоторых странах (Таиланд, Малайзия, Саудовская Аравия, КНР, Южная Корея и др. ) за перевозку и торговлю наркотиками введена смертная казнь. В Малайзии такая же мера назначается за хранение всего 200 гр. марихуаны или 15 гр. героина. В некоторых странах (например, во Франции и Швейцарии) карается само употребление наркотиков.
Несмотря на общую тенденцию к ужесточению наказаний за участие в наркобизнесе и рост расходов на борьбу с нимоценки экспертов свидетельствуют (Табл. 5), что большая часть нелегально произведенного товара все же доходит до потребителей.
Поскольку чисто силовая стратегия борьбы с нелегальным наркобизнесом дает довольно слабые результаты, в мире идет поиск новых методов его сдерживания.
Есть мнение, что борьба с наркобизнесом (предложением наркотиков) вообще бесперспективна, поэтому основное внимание надо обратить на борьбу с наркоманией (со спросом на наркотики) и ее вредными последствиями. Опыт последних десятилетий показал два возможных пути, при помощи которых можно добиться хотя бы относительного успеха.
Америка с 1980-х пошла по пути активной пропаганды здорового образа жизни и создания препятствий для наркопотребителей. Государственные служащие стали проходить тестирование на наркозависимость; сам президент сдавал анализы, чтобы показать личный пример своим согражданам. Многие фирмы также проводят тестирование своих сотрудников. Выявленные в ходе тестирования наркозависимые либо проходят курс лечения, либо теряют работу. Главный смысл этой компании – не столько в «отсеве» тех, кто уже принимает наркотики, сколько в создании стимулов воздерживаться от наркотиков для будущих работников. Одновременно силовые ведомства (ФБР, Бюро по борьбе с наркотиками и другие) проводят политику суровых репрессий против наркоторговцев не только в самой Америке, но и в других странах (особенно, в Латинской Америке). В 1990-е в США удалось остановить рост наркомании и заметно понизить потребление тяжелых наркотиков (типа кокаина и героин).
Другой путь борьбы с наркотиками активно пропагандируют с 1980-х Нидерланды. В этой стране де-факто действует режим частичной легализации наркоторговли: легально действуют специальные магазинчики, где взрослые люди могут покупать разные сорта легких наркотиков (типа марихуаны и гашиша). В то же время тяжелые наркотики полностью запрещены, голландская полиция ведет активную борьбу с контрабандой всех видов наркотиков. Применение такой либеральной стратегии привело к тому, что хотя доступ к наркотикам у голландцев более легкий, чем у американцев, но уровень наркомании в Нидерландах в несколько раз ниже, чем в США. Перестав быть «запретным плодом», наркотики заметно теряют свою привлекательность.
Обе стратегии, американская и голландская, делают ставку на сокращение спроса на нелегальном рынке (за счет сокращения спроса на наркотики вообще, как в США, или за счет создания легального наркорынка, как в Нидерландах), что ведет к спаду нелегальной наркоторговли и наркопроизводства. Однако последовательное применение любой из этих стратегий является скорее исключением, чем правилом. Пропаганда здорового образа жизни требует крупных затрат из государственного бюджета, а предложения легализовать наркотики наталкиваются на отрицательную реакцию многих граждан, которые видят в этом попустительство аморальному образу жизни. Поэтому большинство стран мира (включая современную Россию) применяют малоэффективную, но привычную политику силовой борьбы с наркотиками – запрета не только торговать наркотиками, но даже хранить мало-мальски крупные их дозы.
В России принятый в 1997 Закон О наркотических средствах и психотропных веществах подтвердил строгую государственную монополию на любую деятельность, связанную с оборотом наркотиков. Согласно этому закону, запрещены не только производство и торговля наркотиками, но и их употребление без разрешения врача.
Признание того, что борьба с наркотиками стала одной из глобальных проблем современности, являются, например, решения специальной сессии Генеральной Ассамблеи ООН 1998, на которой правительства стран мира выработали совместную глобальную стратегию контроля над наркотическими средствами.

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Маковая начинка Мачинка © 2021   Designed by BestConnection